Новости

16 марта, 2021 11:21

Александр Клименко – об итогах отчетной кампании и новых проектах, поддержанных РНФ

В первый день весны Российский научный фонд опубликовал списки победителей трех конкурсов Президентской программы исследовательских проектов. Два из них – по поддержке лабораторий мирового уровня в рамках реализации приоритетов научно-технологического развития Российской Федерации и по поддержке исследований на базе существующей научной инфраструктуры – проводились уже не первый раз, а вот конкурс продления для ранее созданных лабораторий стал своеобразной премьерой. Президентская программа, запущенная в 2017 году и нацеленная на поддержку профессионального роста исследователей, в том числе научной молодежи, раскрывает перед участниками все новые перспективы. О том, какой опыт накоплен за время ее реализации и что принес очередной этап, «Поиску» рассказал председатель Экспертного совета РНФ академик Александр Клименко.
Председатель Экспертного совета РНФ по Президентской программе Александр Клименко. Источник: пресс-служба РНФ

– Александр Викторович, отличались ли недавно завершившиеся конкурсы от аналогичных, проводившихся ранее?

– Конечно. Я работаю в Фонде не первый год и могу точно сказать, что одинаковых конкурсных кампаний не бывает, каждая уникальна. В этот раз определенные коррективы внесла пандемия коронавируса. Все заседания секций и самого Экспертного совета (ЭС) проводились в дистанционном режиме. Некоторым членам ЭС, особенно из регионов, такой вариант, кстати, пришелся по душе, и они предложили использовать подобный или смешанный формат и в дальнейшем. В общем, мы научились работать в новых условиях, хотя иногда сложности все же возникают.

Невзирая на непростые внешние обстоятельства, мы провели первую ротацию Экспертного совета по Президентской программе, хотя, если подходить формально, этого можно было не делать. Избранный в 2018 году состав свой срок еще не отработал. (Члены ЭС утверждаются Попечительским советом на три года с возможностью продления на такой же период). Тем не менее, было решено «влить свежую кровь», и в конце прошлого года ЭС пополнился восемью новыми членами. Их кандидатуры были отобраны на конкурсной основе по результатам голосования представителей научной общественности и прошли процедуру утверждения. Обновление коснулось практически всех научных секций.

Еще одна особенность: состоялся совершенно новый конкурс Президентской программы. Хочу отметить, что хотя она прошла немалый путь, пока не все заложенные в нее мероприятия реализованы. Конкурс на продление грантовой поддержки для ранее отобранных лабораторий мирового уровня входил в число предусмотренных, но не проведенных. Этот пробел недавно был восполнен. А последняя «премьера» – конкурс продления для исследований на объектах существующей инфраструктуры мирового уровня – пройдет через два года.

– Ресурсное обеспечение Президентской программы РНФ расписано до 2023 года. Можно ли рассчитывать на ее продолжение?

– Ответ на этот вопрос вне рамок моей компетенции. Но лично мне было бы жаль отказываться от такой программы. 

Заложенная в ней идея поддержки непрерывного научного роста талантливой молодежи продемонстрировала свою эффективность. Набор мероприятий программы – это своего рода лестница возможностей. Вначале молодой ученый имеет шанс выиграть грант на индивидуальный проект, затем – выступить руководителем группы, потом – получить более масштабную поддержку на исследования в рамках лаборатории или включиться в инфраструктурный конкурс.

Можно констатировать, что движение по этой лестнице началось и идет довольно активно. Есть немало примеров перехода с первой на вторую ступеньку. Появились участники, которые дошагали уже и до третьей.

– Каковы результаты конкурса лабораторий мирового уровня?

– Он был организован в третий раз и проводился вместе с первым конкурсом продления по данному мероприятию. Отмечу традиционный для этого конкурса исключительно высокий научный уровень заявок.

Интересно, что в этот раз коллективы из Москвы и Санкт-Петербурга заметно сократили свое представительство среди победителей по сравнению с предыдущим конкурсом 2019 года. Есть ощущение, что в последние годы региональные центры поступательно наращивают свой научный потенциал, это видно и по другим конкурсам.

А вот давно установившийся паритет по числу выигранных грантов между организациями РАН и вузами (включая МГУ) сохраняется.

Существенно выросло число заявок по инженерным наукам, что вполне естественно. Напомню, конкурс лабораторий отличается как от остальных мероприятий Президентской программы, так и от других грантовых линеек РНФ тем, что исполнители должны привлечь заинтересованных в результатах индустриальных партнеров (ИП), способных обеспечить софинансирование. Причем направление деятельности партнеров должно быть таким, чтобы они были кровно заинтересованы во внедрении полученных результатов в практику. Понятно, что партнер из сферы ресторанного бизнеса вряд ли обеспечит реализацию разработок института физического профиля.

На состоятельность ИП (и в содержательной, и в финансовой части) обращается особое внимание. К сожалению, несколько заявок, получивших высокие оценки за научную составляющую, не смогли претендовать на гранты, так как их авторы не убедили экспертов в серьезности намерений своих компаньонов.

В то же время среди победителей нынешнего конкурса немало коллективов с солидными индустриальными партнерами, среди которых предприятия госкорпорации «Росатом», холдинга РЖД, алмазодобывающая компания «Алроса», крупные оборонные предприятия.

– Победителям конкурса лабораторий предоставляются крупные гранты – до 30 миллионов рублей в год. Борьба за них, наверное, идет серьезная?

– Да, эти гранты очень востребованы. В этот раз конкурс составлял более пяти заявок на место. Это несколько меньше, чем в предыдущие годы, но снижение с лихвой компенсируется тем, что откровенно слабых проектов практически не было. В конкурсе участвовали очень сильные коллективы.

Интересная деталь: в Фонд поступили 23 заявки от руководителей проектов, осуществляемых в рамках программы мегагрантов, которая реализуется в соответствии с постановлением правительства №220 от 2010 года. Можно только приветствовать, когда люди, доказавшие свою научную состоятельность, успешно закончившие работу над серьезной задачей, хотят попробовать свои силы в новом конкурсе, на который выходят с новыми идеями и коллективами.

Однако некоторые ученые подали заявки на создание лабораторий, не завершив работу по мегагрантам. Трудно себе представить, как можно руководить одновременно двумя такими крупными проектами. Особенно если у человека один коллектив в Москве, а другой в Перми. Такой подход не встретил понимания у членов Экспертного совета.

Между прочим, в конкурсах на мегагранты не может участвовать претендент, имеющий действующий грант РНФ. Хотя у нашего Фонда существует негласное правило минимизировать ограничения и запреты, но в данном случае, мне кажется, было бы разумно ввести симметричное требование в конкурсные требования РНФ.

– Чем был интересен конкурс продления для лабораторий?

– По ранее обозначенным условиям продление проектов на срок до трех лет возможно, если все обязательства по гранту выполнены. В 2017 году был отобран 31 проект, два «потерялись» по дороге – подвели индустриальные партнеры. Их, в принципе, можно менять, добавлять, но необходимо обосновывать такие решения и переоформлять документы.

У всех 29 коллективов, которые дошли до финиша, отчеты были приняты. Многие продемонстрировали прекрасные результаты. Но на продление были поданы только 17 заявок. Почему решились далеко не все, в принципе, понятно. Индустриального партнера в условиях пандемии найти не так просто.

– Кстати, а как можно проконтролировать, внедряет ли партнерская коммерческая структура результаты исследований?

– Обязательства по прикладной части подробно прописаны в заявках. Их выполнение проверяется при экспертизе отчетов. Результатами внедрения могут быть технологии, устройства, методы расчетов.

Приведу только один пример. Компания «Татнефть» скоро запустит завод по переработке нефтяного сырья по новейшей технологии, разработанной в Институте нефтехимического синтеза РАН под руководством Антона Максимова. Руководитель секции нашего Экспертного совета в шутку предложил назвать этот завод в честь РНФ.

– Не сказывается ли необходимость обеспечивать практическое приложение результатов на качестве фундаментальных исследований?

– Если и сказывается, то в лучшую сторону. Публикационная активность лабораторий мирового уровня весьма высока, и год от года она растет.

По числу статей, опубликованных в журналах первого квартиля, победители этого конкурса существенно опережают других грантополучателей Фонда. В 2019 году они опубликовали в Q1 47% написанных при поддержке РНФ работ. Это самый высокий показатель, если не считать некоторые международные конкурсы.

Но там обладатели грантов обычно пишут статьи совместно с зарубежными партнерами, что облегчает публикацию в высокорейтинговых журналах.

– Давайте поговорим еще об одном из завершившихся конкурсов – для исследователей, работающих на базе объектов научной инфраструктуры мирового уровня. Каковы его итоги?

– Инфраструктурный конкурс Фонд провел второй раз. Победители здесь тоже получают неплохие гранты – до 6 миллионов рублей в год в течение четырех лет с возможностью продления проекта еще на три года.

Экспертиза в этом конкурсе проводится по довольно сложной схеме. Сначала владелец объекта инфраструктуры (ОИ), готовый предоставить его в коллективное пользование, должен зарегистрировать ОИ на портале РНФ, сообщив необходимые сведения о нем. После этого научные группы могут подавать на конкурс исследовательские проекты, связанные с использованием данного объекта. (Это может быть, например, уникальная установка, центр коллективного пользования, суперкомпьютер, научная коллекция.)

ОИ может претендовать на победу, если на него поданы не менее пяти заявок. На основании экспертных оценок, поставленных за четыре лучшие проекта, отбираются объекты-победители, после чего выстраивается рейтинг всех относящихся к ним заявок. Отсечка, разделяющая победителей и проигравших, делается, исходя из выделенных на конкурс средств.

Важное условие: для каждого объекта инфраструктуры средства, выделяемые грантополучателям из одной и той же  организации, должны составлять не более трети всего приходящегося на этот ОИ финансирования. Данное ограничение относится и к хозяину объекта. Это позволяет соблюдать баланс в использовании объекта, не допускать его «монополизации».

В этот раз были зарегистрированы 189 объектов, заявки поданы на 130 из них, причем на некоторые – меньше четырех. В итоге рассматривались 116 ОИ. К экспертизе были допущены 1233 заявки. Поддержать решили 149 проектов, относящихся к 28 объектам инфраструктуры. На каждый ОИ приходятся от четырех до десяти проектов.

Девять крупных инфраструктурных объектов, в число которых вошли, к примеру, Курчатовский источник синхротронного излучения, ЦКП «Физика и технология микро- и наноструктур» ФИЦ «Институт прикладной физики РАН», ЦКП в области геномики «Сколковского института науки и технологий», Суперкомпьютерный комплекс МГУ, повторили свой успех в конкурсе 2019 года. Так что число работающих на них по грантам РНФ групп теперь возрастет.

– Какие задачи ставились перед этим, явно непростым в проведении конкурсом? Как вы считаете, эффективно ли они решаются?

– Идея конкурса состоит в том, чтобы по максимуму загрузить имеющиеся у научных структур уникальные дорогостоящие установки и помочь владельцам их содержать и обслуживать. Эта цель, конечно, достигается. Получившие инфраструктурные гранты научные коллективы используют оборудование и платят за предоставляемые услуги.

Но есть и еще одна не последняя по значимости задача – обеспечить коммуникацию научных групп из разных организаций и ведомств, так сказать, подтолкнуть их в объятия друг друга.

Когда на одном объекте одновременно работают 5-10 коллективов, они неизбежно начинают взаимодействовать: обмениваться информацией о возможностях инфраструктурных комплексов, вместе решать технические и научные проблемы. Да и у собственника появляется стимул для совершенствования своей базы. И мы видим, что все это действительно происходит.

Вместе с тем у членов Экспертного совета вызывает вопросы довольно сложная схема проведения конкурса. Свести воедино объекты инфраструктуры и лучшие исследовательские проекты, разумеется, нелегко, но необходимо все же упростить процедуру. К следующему конкурсу мы попытаемся это сделать.

– В завершение разговора хочу попросить вас прокомментировать взволновавшую научное сообщество историю с отменой ранее объявленного конкурса «а» РФФИ. Сообщено, что РНФ возьмет на себя проведение аналогичного мероприятия и в ближайшее время его запустит. Достаточно ли у Фонда ресурсов для увеличения числа программ? Отработаны ли новые процедуры?

– Решение об изменении направлений деятельности РНФ будет принимать Попечительский совет Фонда. Могу только сказать, что после того, как правительство выпустило распоряжение, содержащее дорожную карту объединения фондов, экспертные советы РНФ были привлечены к участию в разработке подходов к организации аналогов самых массовых мероприятий РФФИ – конкурсов малых научных групп и регионального. Условия их проведения в рамках РНФ обсуждались всеми секциями экспертных советов. Учитывались и предложения, поступившие от представителей научной общественности. То есть подведу итог: руководству Фонда есть что предложить Попечительскому совету.

Отвечая на вопрос о возможностях для расширения грантовой деятельности РНФ, подчеркну: Фонд имеет мощную экспертную и информационно-аналитическую базу и при необходимости может подтянуть дополнительные ресурсы.

Теги
Интервью
26 апреля, 2021
Андрей Блинов и Александр Макаров — о генетических исследованиях, «объединении» фондов и новых конкурсах
Заместитель генерального директора Российского научного фонда Андрей Блинов и председатель Экспертно...
14 апреля, 2021
Антон Максимов: «При поддержке РНФ нам удалось воплотить мечту любого промышленного химика»
Исследования коллектива ученых под его руководством легли в основу установки стоимостью в 10 миллиар...