Новости

7 августа, 2017 14:37

Сибирские археологи исследуют древнюю кочевую культуру на юге Алтая

В гуннское время (II-V вв. н.э.) в Горном Алтае отмечается удивительное и до сих пор пока не вполне объяснимое разнообразие погребального обряда в рамках конкретной археологической культуры. Причины этого явления ученые Института археологии и этнографии СО РАН будут выяснять вместе с генетиками и антропологами на материалах могильника Курайка (Кош-Агачский район, Республика Алтай). Датировку погребений уточнят при помощи дендрохронологических исследований (по годичным кольцам древесины) из полученных образцов от сохранившихся лиственничных колод.
Фото: пресс-служба Института археологии и этнографии

Текст, написанный прямо «из полей», задолго до детальных исследований собранного материала, представляет особый жанр. Ведь на стадии раскопок у ученых возникает больше вопросов, чем имеется готовых ответов. Когда уже опубликована научная статья, читателю кажется, что все ответы лежали на поверхности. И только глядя в двухметровые могильные ямы, можно в полной мере прикоснуться к неразгаданной тайне носителей древней кочевой культуры. Вот рядом со скелетом пожилого мужчины захоронен новорожденный младенец. Кто они друг другу и почему погребены вместе? У стариков в двух разных курганах почти нет передних зубов, а челюсти в этих местах так стерты, что в них не осталось даже следов зубных лунок. Можно ли на основании этого делать предположения о рационе питания этих людей? В чем они готовили еду? Странно, что в погребениях могильника не обнаружено ни одного керамического сосуда – посуды, характерной для скифского населения Горного Алтая.

Фото: пресс-служба Института археологии и этнографии

Прошло более 20 лет с тех пор, как в Курайской степи начались аварийные, они же спасательные или охранные раскопки. Инициатором этих работ выступил горно-алтайский археолог Василий Соенов. А в 2003 году к этим работам подключились и новосибирские археологи Игорь Слюсаренко и Евгений Богданов. Аварийность их раскопок состояла в том, что высокогорная терраса над рекой постепенно осыпалась вместе с древними могилами, и памятник нужно было срочно исследовать до его скорого разрушения и полного исчезновения.

Фото: пресс-служба Института археологии и этнографии

Когда Евгений и Игорь прибыли на место, им открылась неприглядная картина: кости скелетов погребенных торчали прямо из обрыва, а под ними в осыпях иногда можно было найти различные предметы из сопроводительного инвентаря. Чаще всего это были небольшие костяные либо каменные бусины или раковины каури. Именно так, в так называемых подъемных материалах, археологи обнаружили миниатюрные подвески из египетского фаянса (предметы импорта из Северного Причерноморья – (см. статью Богданов Е.С., Слюсаренко И.Ю. Амулеты из египетского фаянса с территории Горного Алтая // Археология, этнография и антропология Евразии. – № 4 (32) – 2007г.).

Фото: пресс-служба Института археологии и этнографии

В июле 2017 г. после более чем 10-летнего перерыва ученые продолжили исследования в Курайской степи, и работы на могильнике возобновились по гранту РНФ №14-50-00036. Новосибирские ученые вместе со студентами-историками из НГУ, которые проходили археологическую практику, исследовали 8 захоронений.

Фото: пресс-служба Института археологии и этнографии

Первое, что бросается в глаза при взгляде на зачищенные погребения – это разные варианты погребальных конструкций. Цепочки надмогильных сооружений расположены с севера на юг, согласно скифской традиции. При этом одних усопших помещали в заранее установленную в могиле деревянную раму, других опускали в могилу в лиственничной колоде (выдолбленный ствол дерева), а третьих хоронили в деревянном ящике, напоминающем гроб. Но само положение тел умерших и погребальный инвентарь имеют много общих черт. Возможно, обряд погребения был обусловлен возрастом и статусом умерших.

Фото: пресс-служба Института археологии и этнографии



Погребальный инвентарь довольно стандартный: деревянные блюдца в изголовье, украшения и застежки в виде крупных бусин, единичные металлические и костяные изделия. Остатки и следы практически полностью истлевших органических материалов говорят ученым о том, что в погребениях находилась одежда, обувь и головные уборы.

Фото: пресс-служба Института археологии и этнографии



Для сохранения хрупких находок и их консервации в экспедиции работает специалист-реставратор Марина Мороз. Работа с некоторыми предметами начинается прямо при расчистке погребения: например, дерево сразу пропитывается закрепляющим составом (ПЭГ) и антисептиком.

С точки зрения инвентаря погребения кочевников вполне можно назвать бедными. «Кочевники, скорее всего, использовали изделия из кожи, которые полностью истлели за два тысячелетия, – делает предположение руководитель курайской экспедиции, старший научный сотрудник ИАЭТ СО РАН Евгений Богданов в ответ на вопрос о небольшом количестве предметов в погребениях.

Но информацию можно получить даже при небольшом количестве находок. Например, у молодой женщины, лежавшей в узкой длинной колоде, на лицевой части черепа сохранились следы ярко-красного пигмента минерального происхождения. Остатки этого красящего вещества находились в каменном блюдце-алтарике на ножках, помещенном в ногах умершей. Археологам предстоит выяснить, что мог символизировать данный обряд, поскольку в других погребениях подобный ритуал не зафиксирован.

Археологи обратили внимание, что при изготовлении погребальных колод один конец специально подрабатывался и внешне напоминал носовую часть лодки. Особенно похожей на лодку оказалась колода, в которой был захоронен ребенок.

Фото: пресс-служба Института археологии и этнографии

Лодка как символ перехода в загробный мир и как атрибут погребального обряда издревле встречается у разных народов Евразии. Обряд захоронения в лодке с древнейших времен имеет символическое значение, поэтому не стоит искать его утилитарный смысл и связывать рассматриваемую культуру с рекой. Стикс – река мертвых – как дорога в иной мир и как преграда на пути к нему же, хорошо всем известна из древнегреческой литературы.

Различные народы в разные эпохи хоронили своих умерших в лодках, пуская их по реке, либо совершая сжигание или ингумацию (погребение в грунт) в символических лодках и укладывая их ногами к носу судна. Погребенные в курайских колодах-лодках были расположены таким же образом. Но откуда у древних кочевников-скотоводов такой погребальный обряд? Может быть, генетики и антропологи сумеют ответить на данный вопрос, выяснив происхождение этих людей.

 

12 июля, 2024
Вороны держат «орудия труда» в уме
Многие животные используют орудия труда, но мало кто умеет их делать. И если говорить именно об из...
12 июля, 2024
Кабаны в Подмосковье оказались заражены опасным вирусом
В популяциях диких кабанов Московской области ученые проверили наличие цирковируса свиней — опасно...