Феномен Оглахтинского могильника

КАРТОЧКА ПРОЕКТА ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ И ПОИСКОВЫХ НАУЧНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ,
ПОДДЕРЖАННОГО РОССИЙСКИМ НАУЧНЫМ ФОНДОМ

Информация подготовлена на основании данных из Информационно-аналитической системы РНФ, содержательная часть представлена в авторской редакции. Все права принадлежат авторам, использование или перепечатка материалов допустима только с предварительного согласия авторов.

ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ

Номер проекта 22-18-00478

НазваниеФеномен Оглахтинского могильника

Руководитель Слюсаренко Игорь Юрьевич, Кандидат исторических наук

Организация финансирования, регион федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования "Национальный исследовательский Томский государственный университет" , Томская обл

Конкурс №68 - Конкурс 2022 года «Проведение фундаментальных научных исследований и поисковых научных исследований отдельными научными группами»

Область знания, основной код классификатора 08 - Гуманитарные и социальные науки; 08-103 - Археология

Ключевые слова Таштыкская культура, консервация, реставрация, археологический текстиль, мумификация, трепанация, кремация, дендрохронология, ГИС, фотограмметрия

Код ГРНТИ03.41.00

ИНФОРМАЦИЯ ИЗ ЗАЯВКИ

Аннотация
Оглахтинский грунтовый могильник (2-4 вв. н.э., таштыкская культура, Минусинская котловина) впервые был исследован А.В. Адриановым в 1903 г. Благодаря необычным находкам человеческих «чучел» и мумий в гипсовых масках, а также прекрасно сохранившимся изделиям из дерева, меха и шелка, памятник сразу стал знаменитым. Возобновивший в 1969 г. раскопки Л.Р. Кызласов смог также открыть и исследовать могилы с уникальной сохранностью органических материалов. Информативность Оглахтинского могильника сопоставима с находками из «замерших» пазырыкских курганов Горного Алтая и захоронений Таримского бассейна. Однако, несмотря на всемирную известность и значительный научный потенциал, материалы Оглахтинского могильника до сих пор не удостоились полноценной публикации. Коллекции и архивы разных лет, связанные с раскопками памятника, оказались разрозненными, и сегодня хранятся в Государственном Эрмитаже, Государственном историческом музее, Красноярском краевом краеведческом музее, Музее антропологии МГУ, Институте Археологии РАН и Институте Истории материальной культуры РАН. Проект позволит систематизировать все имеющиеся археологические, антропологические и архивные материалы и подготовить их публикацию. Ни в одном другом из десятков исследованных на сегодняшний день таштыкских грунтовых могильников не зафиксирована сравнимая с оглахтинской сохранность органических материалов. Комплексное исследование факторов, определивших экстраординарную сохранность органических материалов в отдельных погребениях, позволит создать сбалансированную программу изучения и сохранения Оглахтинского могильника. Именно феноменальная сохранность органических материалов Оглахтинского могильника позволяет нам формулировать научные задачи, которые невозможно было бы решить на материалах других таштыкских могильников. Так, прекрасная сохранность брёвен погребальных срубов делает возможным применение дендрохронологического метода и установление календарного возраста погребений. Исследование приёмов и способов мумификации возможно только благодаря обнаруженным на Оглахтах мумифицированным останкам, не сохранившихся ни в каких других могильниках таштыкской культуры. Проведенные командой проекта исследования Оглахтинского могильника в 2020-2021 гг., с одной стороны доказали возможность обнаружения новых могил с сохранной органикой, с другой стороны, вскрыли природные и антропогенные факторы, приводящие к их постепенной утрате. Могильник находится в прибрежной зоне Красноярского водохранилища - одного из крупнейших искусственных водоемов в мире. Его затопление в 1970-х привело к необратимым природно-климатическим изменениям, оказывающим негативное влияние на сохранность могильника. Всё это актуализирует возобновление раскопок на Оглахтинском могильнике, так как полная утрата изделий из органики, к сожалению, – не более чем вопрос времени.

ОТЧЁТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

Публикации

1. Панкова С.А. Некоторые параллели находкам из таштыкских погребений Южной Сибири (II–IV вв. н.э.) в памятниках бассейна р. Тарим и Джунгарии. Евразийская степная цивилизация: человек и историко-культурная среда. Материалы V международного конгресса археологии евразийских степей, том 2, с. 157-164 (год публикации - 2022)

2. Водясов Е.В., Зайцева О.В. Тесинские и таштыкские погребальные комплексы: хронологические парадоксы Сибирские исторические исследования (год публикации - 2023)

3. Слюсаренко И.Ю., Гаркуша Ю.Н Дендрохронологическое исследование древесины из Оглахтинского могильника: первые результаты Сибирские исторические исследования, Сибирские исторические исследования №3, с. 204-235 (год публикации - 2023)
10.17223/2312461X/41/12

4. Учанева Е.Н., Малютина А.А., Панкова С.В. Трасологическое изучение посмертных трепанаций на черепах из таштыкского грунтового могильника Оглахты Сибирские исторические исследования, Сибирские исторические исследования №3, с.236-271 (год публикации - 2023)
10.17223/2312461X/41/13

5. Широбоков И.Г. Кремации Оглахтинского могильника: случайная изменчивость или вариативность погребальных практик? Сибирские исторические исследования, Сибирские исторические исследования №3, с. 272-295 (год публикации - 2023)
10.17223/2312461X/41/14

6. Зайцева О.В. В поисках пустоты: проблемы и перспективы обнаружения погребений с сохранной органикой на Оглахтинском могильнике Сибирские исторические исследования, Сибирские исторические исследования №3 2023, с. 196-203 (год публикации - 2023)
10.17223/2312461X/41/11

7. Панкова C.В., Богма М.В., Григорьева И.А., Васильева Н.А., Степанова Е.П. Гипсовая маска из погребения 1/2021 Оглахтинского могильника: опыт комплексного изучения Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences , Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 2024 17(9): 1691–1704 (год публикации - 2024)

8. Слюсаренко И.Ю., Гаркуша Ю.Н., Уткин М.В. К вопросу о хронологии Центрального участка Оглахтинского могильника (по результатам дендрохронологического датирования) Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий, Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий. т. XXX (год публикации - 2024)

9. Зайцева О.В., Широбоков И.Г., Водясов Е.В., Учанева Е.Н., Каспаров А. К. Коллективное погребение в сожжённом срубе на Оглахтинском могильнике: контекст, тафономия, ритуал Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences , Journal of Siberian Federal University. Humanities & Social Sciences 2024 17(9): 1677–1690 (год публикации - 2024)

Публикации

Аннотация результатов, полученных в 2024 году
Все полученные в ходе трёх лет выполнения проекта разноплановые данные объединены в ГИС «Оглахтинский могильник», созданной на основе программного обеспечения Quantum GIS (QGIS). В 2024 г. проведена компьютерная томография двух женских мумий (могилы 4/1969 и 1/2023) в Северо-Западном Окружном Научно-клиническом центре им. Л.Г. Соколова (г. Санкт-Петербург). На основе сканов КТ в программе Radiant Dicom Viewer были получены виртуальные 3D модели головы в маске, разделяемые на 3D модели маски, головы с мягкими тканями и черепа. Анализ снимков КТ женских мумий показал, что ко времени изготовления масок на лицах умерших уже проявились признаки посмертных изменений. Ко времени наложения маски произошло высыхание части мягких тканей, в т.ч. кожных покровов и даже глазных яблок, о чем свидетельствует форма затеков гипса в глазницы. У обеих мумий прослеживаются также односторонние дефекты мягких тканей щек в форме округлых отверстий с неровными краями, а толщина гипса имеет неравномерную величину. Гипсовые маски оказывали консервирующее действие на мягкие ткани лица, вытягивая из последних влагу. В обоих случаях ткани лица сохранились под масками, но разрушились за их границами. При изготовлении масок учитывались посмертные изменения: нос мумии из мог. 4/1969 в значительной степени смоделирован из гипса, поскольку посмертные изменения хрящевой части носа привели к значительному ослаблению угла его выступания к линии профиля. С помощью технологии фотограмметрии получена трехмерная модель мужской мумии из могилы 4/1969, модель построена с двумя текстурами - в видимом световом диапазоне и в инфракрасном свете. Благодаря съемке в ИК-диапазоне выявлены две новые татуировки на теле мумии. Одна расположена на медиальной части правого предплечья и напоминает изогнутый лук с наложенной стрелой. Изображение лука на правой руке симметрично выявленному ранее изображения лука на левой руке. Вторая татуировка представляет собой крест. Трехмерная модель мумии с текстурами в видимом световом диапазоне и в инфракрасном свете доступна для просмотра по ссылке https://sketchfab.com/3d-models/mummy-from-oglakhty-burial-ground-no4-male-5872fa1514e6431d93c54ecbf2d1459a Проведён сравнительный анализ кремаций из Оглахтинского могильника и других могильников таштыкской культуры. Зафиксированы систематические различия между характеристиками кремированных останков из склепов Староозначенской переправы I и Маркелова мыса I, с одной стороны, и грунтовых захоронений могильников Оглахты, Тесинский залив 3 и Староозначенская переправа 1. Обнаружено, что средняя масса останков, приходящихся на одно скопление, на статистически значимом уровне (p<0.0001) ниже в склепах по сравнению с грунтовыми могилами и в первых заметно уступает ожидаемой массе останков. При этом средняя доля костей черепа в скоплениях из склепов, напротив, в 1.5-2 раза выше, чем в скоплениях из грунтовых могил, и приблизительно соответствует ожидаемой доле. Такая картина согласуется с предположением о случайном отборе неполной («символической») части останков умерших для захоронения в склепах. Наличие деформаций и криволинейных трещин на костях, положительная корреляция между долей идентифицированных фрагментов костей туловища и рук может свидетельствовать о том, что сожжению подвергались тела, а не разрозненные костные останки. С другой стороны, трупосожжения из грунтовых захоронений, включая захоронения Оглахтинского могильника, отличаются большей вариативностью характеристик, в т.ч. в степени обжига и массе останков. Это разнообразие может быть в свою очередь обусловлено большей вариативностью погребальных практик, характерной по меньшей мере для части грунтовых захоронений. Исследование органического содержимого глиняных и деревянных сосудов Оглахтинского могильника с использованием пиролитической хроматомасс-спектрометрии, совмещенной с термометилированием позволило обнаружить в пяти сосудах милиацин, относящийся к классу пентациклических триперновых сапонинов, (метиловый эфир олеан-18-ен-3β-ола), который содержится в зернах проса обыкновенного/проса метельчатого (Panicum miliaceum). В 2024 г. проведен дендрохронологический анализ древесины из 4 погребений Оглахтинского могильника: могилы 7, 9 (раскопаны Л.Р. Кызласовым в 1970, 1973 гг.), 1/2020, 1/2023 (раскопаны авторским коллективом в рамках данного проекта). Проанализирован 51 образец археологической древесины; удалось датировать – 27 обр. (53%). В контексте относительной Оглахтинской обобщенной дендрошкалы получены даты трех погребальных сооружений: могил 7, 2020/1, 2023/1. Установлено, что при строительстве погребальных срубов Оглахтинского могильника в основном использовались многолетние деревья возрастом 100–150 лет; единично представлены более старые (около 200 лет) и молодые деревья (до 50 лет). Часто в одном сооружении одновременно применялась древесина двух видов хвойных: лиственница сибирская (Larix sibirica Ledeb.), сосна обыкновенная (Pinus sylvestris L.). Встречены случаи, когда для строительства была использована только сосна (мог. 7, 1/2023), в то время как чисто лиственничных срубов на Оглахтинском могильнике пока не отмечено. Также имело место переиспользование древесины, так в могиле 1/2023 разница в датах рубки использованных деревьев достигает 16 лет, при этом более ранние бревна второго венца содержат технологические пазы, наличие которых никак не объясняется их присутствием в составе сруба, т.е., данные бревна прежде использовались ранее в каком-то другом качестве. Присутствие в каждом срубе деталей, изготовленных из одного и того же ствола дерева, свидетельствует об определенной оптимизации лесопользования у населения, оставившего Оглахтинский могильник. Например, для сооружения основного объема сруба могилы 1/2023 использовано всего два дерева. Построенные для могил 7, 1/2020, 1/2023 обобщенные древесно-кольцевые хронологии (ДКХ) были успешно датированы по обобщенным хронологиям Оглахтинского могильника по сосне и лиственнице. Исходя из наиболее поздних дат, фиксируемых по каждой могиле, можно выстроить их последовательность в рамках относительной Оглахтинской дендрошкалы: мог. 1/2020 – 190 г.; мог. 7 – 234 г.; мог. 1/2023 – 254 г. Перевод относительной хронологии в абсолютную проведен при помощи радиоуглеродного датирования, дополненного процедурой wiggle-matching. Получена серия из 8 С14-дат, происходящих из эталонного дендро-образца (бревно «запад-2» из сруба мог. 2021/1), и жестко связанных между собой последовательностью годовых колец. Дата эталонного образца дает интервал 102-181 гг. н.э. (вероятность 95.4%) или 141±40 г. н.э., что с учетом соотношения могил в рамках дендрошкалы определяет время функционирования изученных на Оглахтинском могильнике погребений – II – пер. пол. III вв. н.э.

Публикации

Возможность практического использования результатов
Полученная при выполнении настоящего проекта в ходе раскопок на Оглахтинском могильнике археологическая коллекция имеет огромный экспозиционный потенциал. Благодаря уникальной сохранности были получены высокохудожественные изделия из органических материалов. Гипсовые маски из раскопок 2023 года уже отобраны для выставки «Искусство портрета. Личность и эпоха», которая пройдёт с декабря 2025 по март 2026 в Зимнем дворце Государственного Эрмитажа.