Аннотация результатов, полученных в 2024 году
Полученные в 2024 г. результаты экспериментов на мухоловках-пеструшках Ficedula hypoleuca показывают, что острого пика чувствительности механизма магнитного компаса птиц к слабым переменным магнитным полям (МП) именно на Ларморовой частоте нет (поскольку синусоидальные поля сходной амплитуды приводили к дезориентации на частоте 1,5 МГц, но не на Ларморовой частоте 1,41 МГц). Возможно, пик чувствительности существует, но сдвинут в сторону высоких частот. Возможно также, что чувствительность плавно нарастает с частотой переменного поля. Кроме того, результаты экспериментов в переменном МП с частотой 1,41 МГц свидетельствуют о более высокой чувствительности магнитного компаса к амплитудно-модулированному полю, чем к синусоидальному. Это потенциально чрезвычайно важный результат, поскольку он несовместим с гипотезой о непосредственном влиянии слабых переменных МП на бирадикальные реакции в криптохроме. Результаты экспериментов на 1,5 МГц пока не подтверждают его, но и не опровергают. Для получения определенного вывода необходимо повторить эти эксперименты с более низкой амплитудой переменных полей, которая была бы ниже порога чувствительности к синусоидальному полю на этой частоте. Ранее нами было показано, что травяные лягушки Rana temporaria могут использовать инклинационный магнитный компас для выбора миграционного направления во время нереста при освещении полного спектра (Shakhparonov et al. 2024). Для выяснения светозависимости магнитного компаса лягушек необходимо тестировать в темноте, для чего нужна темновая адаптация около 2 ч. Проведённые в 2024 г. на 134 лягушках эксперименты показали, что время передержки может оказывать влияние на мотивацию лягушек. Так, лягушки контрольной группы, протестированные в Т-лабиринте, помещённом в кольца Мерритта, при передержке до 90 мин статистически значимо выбирали миграционное направление по МП, а при передержке более 120 мин распределялись равномерно. Наши эксперименты показали, что использование протокола с двухчасовой темновой адаптацией является нецелесообразным, т.к. допускает двоякую интерпретацию отрицательного результата. Для дальнейшего исследования светозависимости магнитного компаса лягушек необходимо более точно определить время темновой адаптации у интактного животного. Кроме того, было обнаружено, что лягушки соседних популяций не реагировали на изменение МП закономерным изменением выбора рукава лабиринта. Это является первым свидетельством наличия межпопуляционной изменчивости в использовании магнитного компаса у амфибий. Опыты, проведённые в период осенней миграции, показали, что лягушки способны выбирать направление на ССЗ (т.е. к реке) в арене диаметром 1 м, что делает возможным дальнейшее изучение компасной ориентации в аренах малого диаметра. Поворот горизонтальной компоненты МП приводил к дезориентации неполовозрелых лягушек, несмотря на полный доступ к остальным ориентирам. То есть, по всей видимости, МП используется для выбора направления по крайней мере частью особей, но для получения более надёжных данных требуются дополнительные опыты. Также осенью была отработана методика тестирования взрослых особей в круглой арене с экранированием внешних ориентиров (визуальных и запахов, переносимых ветром). Мы также изучали ориентацию болотных камышевок Acrocephalus palustris и серых мухоловок Muscicapa striata до и после имитации пересечения магнитного экватора во время осенней миграции. Эксперименты включали три этапа: тесты в естественном МП, воздействие горизонтального МП, и повторное тестирование ориентации в естественном поле. Результаты показали, что ни один из видов не изменил направление ориентации (юго-запад) после двухдневного воздействия горизонтального МП, в отличие от садовых славок Sylvia borin, реориентация которых была описана в предыдущих исследованиях. Это свидетельствует о видовой специфичности механизмов ориентации и о том, что стимулы для переключения ориентации при пересечении магнитного экватора могут различаться между видами мигрирующих птиц.

Аннотация результатов, полученных в 2025 году
В весенний период 2025 г. мы получили дополнительное подтверждение тому, что амплитудно-модулированное поле воздействует на ориентацию мухоловки-пеструшки в большей степени по сравнению с синусоидальным. Таким образом, этот факт был подтвержден в оба сезона миграции. Из предположения о том, что переменные магнитные поля воздействуют на радикальные пары в криптохроме и, таким образом, непосредственно нарушают работу магнитного компаса птиц, следует, что в условиях модуляции эффект переменного поля будет ослаблен или вовсе будет отсутствовать. Данные, полученные весной 2025 года еще раз показали, что это не так, и таким образом, продемонстрировали, что эффект дезориентации птиц в переменных магнитных полях не связан с их воздействием на электронные спины (и, соответственно, на радикальные пары в криптохроме). Наши данные позволяют предположить, что эффект переменных магнитных полей на способность птиц ориентироваться по магнитному полю связан с воздействие переменного поля на отдельную сенсорную систему. Предположительно, эта гипотетическая система специализируется на детектировании возмущений геомагнитного поля, чтобы избежать ошибок в ориентации в условиях возмущения геомагнитного поля в результате солнечной активности или атмосферных явлений, в частности, гроз. В период осенней миграции 2025 г. мы проверили предположение о том, что тропические грозы могут влиять на ориентацию птиц по магнитному полю. Созданная в рамках проекта оригинальная установка позволила создавать электромагнитные импульсы, имитирующие прохождение сильной грозы в 3 км от места исследования. Воздействии на мухоловок-пеструшек таких электромагнитных импульсов приводило к полной дезориентации птиц, в то время как в отсутствие электромагнитных импульсов, имитирующие прохождение сильной грозы, те же самые птицы были способны выбирать направление, соответствующее направлению их сезонной миграции. Полученный результат говорит в пользу того, что у птиц существует отдельная сенсорная система, чувствительная к переменным магнитным полям и осуществляющая функцию предупреждения о неблагоприятных для миграционного полета условиях. Была впервые измерена скорость темновой адаптации у амфибий поведенческим методом с помощью оптомоторного барабана. Большая часть лягушек адаптировалась через 1,5 ч, что близко ко времени регенерации родопсина для изолированной сетчатки. Полученное для травяной лягушки время, учитывая происходящее при передержке изменение мотивации, делает нецелесообразным применение темноты для дальнейшей проверки светозависимости магнитного компаса на этом виде (неполная адаптация к темноте вызывает стереотипное поведение поворота налево). В 2025 г. в отличие от всех предыдущих лет исследований распределение в Т-образном лабиринте (нерестовый водоём – река) относительно магнитного поля при белом свете не отличалось от случайного. Причины этого пока не вполне понятны, не исключено, что это результат магнитной бури, произошедшей перед началом экспериментов. Однако лягушки, поворачивавшие по магнитному полю в сторону нерестовых прудов, делали свой выбор быстрее особей, повернувших к реке. Вероятно, компас не был полностью отключен. Отсутствие контроля не позволило полноценно провести эксперименты при монохроматическом свете, которые были ограничены в этом году отработкой методики, негативного влияния красного или синего света на поведение лягушек не обнаружено. Эксперименты, проведённые во время миграции на зимовку в круглой арене, показали, что расположение оборудования возле катушек Мерритта никак не влияет на выбор лягушек, как и следовые дорожки, оставляемые на траве другими особями. Опыты с неполовозрелыми особями показали, что при доступе ко всем остальным ориентирам лягушки способны ориентироваться в миграционном направлении к реке, при этом магнитный компас не является доминирующим способом ориентации, так как изменение магнитного поля приводит лишь к незначительному увеличению разброса в выбираемых лягушками направлениях. При экранировании внешних ориентиров взрослые лягушки способны выбрать правильное направление миграции. Проведена серия экспериментов по виртуальному смещению молодых восточных соловьев вдоль осеннего миграционного маршрута. С помощью катушек Мерритта мы последовательно воспроизводили геомагнитные условия четырех точек пути – от района Куршской косы до района Северного Египта, в то время как контрольные птицы все время оставались в естественном магнитном поле. У всех особей в течение опыта регистрировались масса тела и суточное (а также накопленное) потребление корма. Полученные данные показали плавное увеличение массы тела и потребления пищи в обеих группах, без резкого усиления жиронакопления или изменения потребления корма после перевода экспериментальных птиц в магнитное поле, соответствующее Северному Египту, по сравнению с контролем. Итоговый регрессионный анализ с учетом повторных измерений не выявил устойчивых статистически значимых различий по массе тела, суточному и кумулятивному потреблению пищи между птицами в естественном и искусственно смоделированном магнитном поле. Нам не удалось воспроизвести эффект, описанный Fransson et al. (2001), что ставит под вопрос гипотезу, согласно которой магнитные «реперные точки» маршрута сами по себе запускают усиленное жиронакопление перед преодолением крупных экологических барьеров.